Как выглядит идеальный процесс реабилитации?

Как выглядит идеальный процесс реабилитации?
Задать вопрос
Хотите узнать больше? Спросите нас! 
В России метод кохлеарной имплантации широко применяется уже более 10 лет. За эти годы отечественные специалисты достигли впечатляющих результатов по уровню хирургического мастерства в части оказания этой высокотехнологичной медицинской помощи. Что же касается комплексной реабилитации детей, перенесших операцию кохлеарной имплантации, то, к сожалению, этот процесс далеко не всегда организован должным образом. Подробнее о том, каким должен быть процесс реабилитации, мы выяснили в центре реабилитации слуха и речи «Тоша&Со».

Многих, вероятно, удивит тот факт, что процесс реабилитации неслышащего ребенка важно начинать сразу, как только установлен диагноз. Потому что реабилитация – это не только развитие речи, но и развитие довербальных коммуникативных навыков.  Даже не слыша и не умея говорить, малыш должен учиться выражать себя, сообщать о своих нуждах другими способами – указывать на желаемый предмет глазами, рукой, указательным пальцем. Поэтому родители несмотря ни на что должны активно общаться и заниматься с ребенком.  
 
К сожалению, зачастую папа и мама не считают нужным даже разговаривать со своим глухим малышом. Большинство уверены, что в этом нет необходимости. Взрослые думают: «Вот проведут ему операцию по кохлеарной имплантации, подключат речевой процессор, пройдет время, тогда и будем с ним общаться». И хорошо, если ребенка проимплантируют до двух лет: в этом случае, если у него нет сочетанных нарушений, он вполне может догнать в речевом развитии своих сверстников. Если же имплантация проведена после 3,5 лет, этого уже может не произойти. Ведь  помимо того, что он не слышит, не говорит, у него не развивается и коммуникация. Такой ребенок начинает жить в своем мире, что постепенно приводит к депривации и развитию других нарушений. В худших случаях, с которыми, к сожалению, специалисты центра «Тоша&Co» массово сталкиваются в своей работе, отсутствие развития естественной коммуникации приводит к  ее нарушению, расстройству эмоционально-волевой сферы, ко вторичному аутистическому спектру, а в дальнейшем к задержке психического и психоречевого развития и даже к умственной отсталости. Вот почему так важно общаться с ребенком, играть с ним, вовлекать в жизнь семьи. И, конечно, нельзя затягивать с решением о проведении операции по кохлеарной имплантации.
 
Впрочем, операция – это лишь начало большого пути. Впереди кроху и его родителей ждет реабилитация. Для каждого ребенка этот процесс индивидуален. В идеале, сразу после подключения речевого процессора ребенку хорошо было бы попасть на первичный курс реабилитации.

Вначале остановимся на важных моментах, которые являются основой успешной реабилитации для детей, которые были рано проимплантированы и не имеют сочетанных нарушений. Задача старта реабилитации – сформировать у мамы и папы естественное речевое поведение. Взрослые должны уяснить несколько важных правил:
  • общайтесь и играйте с ребенком так же, как бы вы делали это со слышащим малышом;
  • говорите естественно, без четкой (утрированной) артикуляции и не повышая громкости голоса;
  • позвольте малышу проявлять себя и свои желания;
  • донесите до всех членов вашей семьи и близких информацию о правильном речевом поведении с вашим малышом.
Несколько подробнее расскажем о третьем и четвертом пунктах. В своей практике мы нередко сталкиваемся с ситуациями, когда родители впадают в крайности и ведут себя с ребенком неправильно. Например, одна мама, услышав совет о том, что нужно как можно больше общаться с малышом, начала говорить буквально без умолку. Комментировала каждый шаг, угадывала каждое желание своей дочери. Своим поведением она попросту не давала ребенку проявить себя: попросить что-то с помощью жеста или голоса, указать на интересующий предмет и т.д. Ребенок молчал, не проявлял инициативы к речи, мама была в отчаянии. Но как только она прислушалась к совету специалистов и стала меньше говорить, оставляя паузы для ответной реакции ребенка, у девочки пошел процесс развития речи.
 
Еще одна крайность, часто встречающаяся в семьях, которая тоже серьезно влияет на появление речи – это излишняя опека над особенным ребенком. Яркий пример такой гиперзаботы произошел в «Тоше&Co» во время настройки речевого процессора. Представьте: на приеме сидит ребенок, рядом мама, чуть поодаль – бабушка. В какой-то момент малыш просто повернул голову и посмотрел на сидящего на шкафу плюшевого медведя. Он никак не демонстрировал, что хочет его получить, но бабушка, как бы понимая любимого внука и без слов, незамедлительно вскакивает, берет этого медведя и отдает ребенку. То есть желание угадывается и исполняется буквально по взмаху ресниц. Взрослые действуют, как говорится, на опережение, тем самым рубят на корню зарождающееся желание использования речи. Ведь даже накопив на слух словарь, ребенок нуждается в мотивации, чтобы вывести этот словарь в актив. А в описанном случае малышу не требуется речи: его и так понимают.
 
Поэтому так важно, чтобы родители на первом этапе реабилитации получили необходимые рекомендации, в основе которых лежит правильное формирование речевого поведения в семье. И тогда ребенок, который, подчеркнем, не имеет сочетанных нарушений и был проимплантирован в раннем возрасте, будет развиваться спонтанно, как и слышащие сверстники. И скорее всего ему не будут нужны регулярные и интенсивные курсы реабилитации – процесс будет идти естественным образом.

Как выглядит идеальный процесс реабилитации?

Что такого малыша ждет дальше? Так же как и слышащие дети, он может пойти в дошкольное учреждение. И здесь стоит обратить внимание на то, что кохлеарноимплантированному ребенку с нормальным слухоречевым развитием специализированные учреждения для глухих и слабослышащих не нужны!

Но многие родители, к сожалению, принимают решение отдать ребенка не в массовый детский сад, а в специализированный, где работают с неслышащими или слабослышащими детьми. И это ключевая ошибка. Ребенок может стать «жертвой» реабилитации, ведь ему будут прививать специфические методы и приемы речи, предназначенные для слабослышащих детей. И вместо того, чтобы нормально развиваться, он обретет навыки слабослышащего человека. Если же по счастливой случайности это и не помешает развитию речи, то может быть упущено драгоценное время на развитие специфических навыков, потраченное взамен на речевое развитие.

Ребенка следует отдать в обычный детский садик, при этом родители должны постараться вовлечь в процесс реабилитации всех участников образовательного процесса. Только не нужно думать, что педагогам предстоит нести ответственность за развитие ребенка, уделять ему особое внимание. Вовсе нет! Главная задача (и об этом нужно договориться) – обращать внимание на состояние речевого процессора, то есть следить, чтобы он всегда был включен, уметь при необходимости заменить элемент питания. Во всем остальном малыш с КИ – обычный ребенок!

Другая история – если ребенок, не имеющий сочетанных нарушений, был имплантирован поздно, после 3,5 лет или даже позже. В этом случае для его слухоречевого развития недостаточно одного курса реабилитации и правильно организованной речевой среды в семье. Такому малышу требуются регулярные занятия и сопровождение специалистов. Поэтому здесь задача родителей – найти педагога или реабилитационный центр, имеющий опыт работы именно с кохлеарноимплантированными детьми. От услуг сурдопедагога, который не знает специфики работы при кохлеарной имплантации, лучше воздержаться, поскольку классическая сурдопедагогика подразумевает развитие коммуникации на основе компенсаторики, а нужно идти по естественному пути развития речи.

Как выглядит идеальный процесс реабилитации?
 
Сложнее ситуация, если кохлеарноимплантированный ребенок имеет сопутствующие нарушения двигательной, эмоционально-волевой сферы и коммуникации, расстройства аутистического спектра, а также синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) и другие. В таких случаях специалист, работающий с этим ребенком, должен четко понимать, на что в своей работе он должен направить силы в первую очередь. Поясним. Допустим у малыша с КИ синдром дефицита внимания и гиперактивности. Это неврологическо-поведенческое расстройство. Заниматься слухоречевым развитием с таким ребенком крайне сложно. Заходя в кабинет, он, не обращая ни на кого внимания, может носиться как метеор, открывая по пути шкафы, вытаскивая из них все содержимое. Родители пытаются «кнутом и пряником» усадить его за занятия, не понимая, что кроха физически не может этого сделать: ребенок болен, ему помощь нужна. И задача хорошего специалиста – определить самому и донести до родителей, что в первую очередь все силы нужно направить на коррекцию основной патологии (в этом примере – синдрома дефицита внимания и гиперактивности) и только потом приступать к слухоречевому развитию. Педагоги нашего центра «Тоша&Co», сталкиваясь с такими ситуациями, дают мамам и папам простое задание: посчитать, сколько раз за день их дочь или сын установили с ними контакт глаза в глаза. Каково же бывает удивление и разочарование взрослых, когда они констатируют, что за день этого не произошло ни разу. И после этого к родителям приходит понимание, что все действия на первом этапе работы должны быть направлены на формирование невербального общения – остановку взгляда глаза в глаза, совместный невербальный диалог, любую совместную деятельность и другие предречевые коммуникативные навыки, которые станут фундаментом для дальнейшего развития малыша.
 
Не так давно в центре «Тоша&Co» проходил реабилитацию, четырехлетний Павлик. Несмотря на то, что нарушения слуха у Паши выявили вовремя и он был рано проимплантирован, у мальчика наблюдалась серьезная моторная задержка и СДВГ. Мы убедили маму, которая изначально была очень скептически настроена, что состояние малыша требует целого спектра корректирующих мероприятий с разными специалистами. Они позволят сформировать навыки коммуникации и научат ребенка концентрировать свое внимание. Наш невролог назначил Павлу медикаментозную поддерживающую терапию. К слову, альтернативой приема лекарственных средств могут быть занятия по сенсорной интеграции и двигательной нейрокоррекции (комплекс мероприятий, которые проводится в специально оборудованном комплексе по особым методикам).  Родители Павлика выбрали второй вариант, благо в их родном городе возможность ходить на занятия по сенсорной интеграции есть. Мы вышли на связь со специалистом, который будет заниматься с мальчиком по месту жительства, направили ему свое заключение и рекомендации и начали работать с ним в тесном тандеме. То есть Павлик занимается в городе, в котором живет, и периодически приезжает на курсы реабилитации в центр «Тоша&Co». Мы отслеживаем динамику развития ребенка, после чего даем новый вектор направления работы его педагогу. И вот такой пример совместной работы специалистов центра реабилитации и специалиста по месту жительства можно назвать идеальной моделью комплексной реабилитации детей с КИ. Уверены, что в случае с Павлом через 2-3 курса удастся компенсировать СДВГ, а далее ребенок перейдет в стадию классического логопата и сможет заниматься с обычным логопедом. А к 7-8 годам мальчуган вполне сможет догнать своих сверстников и пойти в массовую общеобразовательную школу.

Другой аспект, на котором нельзя не заострить внимание, затрагивает тему реабилитации детей с расстройством аутистического спектра. К сожалению, в последние годы распространенность этого недуга заметно выросла. Формы аутизма бывают разные. Есть довольно тяжелые, при которых ребенку нецелесообразно устанавливать кохлеарный имплант: в силу тяжести болезни речь не появится. В подобных сложных случаях реабилитационные мероприятия должны быть сосредоточены на коррекции и социализации личности. Применению на практике специфичных методов работы с детьми-аутистами специалисты «Тоши&Co» обучались не только в российских образовательных институтах, занимающихся коррекционной педагогикой и эмоциональными расстройствами, но и у зарубежных коллег: практикующих холдинг-терапевтов,  АВА-терапистов, специалистов по floortime. В польском центре «KLEKS» – практической школе в Европе, которая специализируется на реабилитации детей с аутизмом, умственной отсталостью, синдромом Дауна, задержкой психического развития и другими расстройствами – мы изучили специфику работы с детьми, имеющими очень серьезные патологии и одновременно нарушения слуха. И этот бесценный опыт сейчас успешно применяем на практике. Мы умеем диагностировать нарушения, предполагать пути развития ребенка. Но успех реабилитации зависит от правильно поставленных целей. В одних случаях цель – это добиться контакта с ребенком, в других – развить качественную речь. Но самая главная задача, на решение которой направлена любая реабилитация, – это улучшить качество жизни человека.
 

По материалам центра «Тоша&Co»


Важные аспекты успешной реабилитации ребенка с КИ:


Как выглядит идеальный процесс реабилитации?
  • реабилитацию нужно начинать сразу после установления диагноза о нарушении слуха;
  • родители должны знать о правильном речевом поведении и поведении в семье;
  • заниматься реабилитацией ребенка с КИ должны специалисты, знающие специфику работы с кохлеарноимплантированными детьми;
  • при необходимости ребенок должен регулярно посещать курсы в специализированном центре (с хорошими рекомендациями и опытом работы с детьми с КИ), предлагающем комплексный подход к слухоречевой реабилитации по индивидуальной программе;
  • поддержка ребенка и его семьи должна быть обеспечена по месту жительства;
  • желательно, чтобы сурдопедагог или логопед, занимающийся с ребенком по месту жительства, имел возможность  работать в тесном тандеме с сотрудниками специализированного реабилитационного центра.